И. С. Аксаков в статье «Бюрократическое и земское государство» писал о появившихся в газетах слухах «о некоторых новых поряд­ках в сношениях министров с верховной властью» с целью «при­дать высшему управлению более единства и однородности», о раз­говорах вокруг создания «кабинета и первого министра» и ссы­лался при этом на «Петербургские ведомости», отвергавшие идею премьер-министра, как немыслимую при самодержавии, и газету «Порядок», утверждавшую, что в русских условиях учреждение первого министра было бы «визиратством». Аксаков писал, что называли и кандидатуру «премьера».

Впоследствии, отвечая на раздававшиеся упреки в стремле­нии к «визирату» и желая удовлетворить естественный интерес к планам правительственных верхов в начале 1881 г., Лорис-Меликов, встретившись в 1883 г. в Ницце с Л. Ф. Пантелеевым, так отвечал на вопрос о «кабинете»: «Я знаю, меня обвиняют в том, что я хотел установить в России визират. Какой вздор! Все дело сводилось к тому, что проектировались регулярные заседания Со­нета министров, по при этом даже речи не было о постоянном председателе. Должны были собираться по очереди у того или другого, у кого происходило заседание, тот и председательство­вал. Далее, предполагались дела, до того времени восходившие на высочайшее утверждение, разделить на две категории: одни по-прежнему должны были докладываться государю, но предвари­тельно заслушивались в Совете министров и, только им одобрен­ные, представлялись государю; другие, второстепенные, оконча­тельно решались в Совете министров».