Таков церковный идеал человека из феодального общества, приспособленный к тому, чтобы сделать устой­чивым самое это общество. Регулировать бешеную гонку по пути эксплуатации призван был особенно последний совет этого «Поучения» (далее…)

А дальше ему читалось совсем легко – о не «презре­нии» «страньных», нищих, сирот и вдовиц, о «миловании» и наставлении «челяди своей» «на добро» «не яростию, но яко дети своя» (далее…)

Любовь и страх, в постоянной смене одной другим, предписывает «Поучение» не только в отношении к богу, во и в отношении «к влаетелем»: «… боя бо ся их [питая страх перед ними], соблюдешися от зла, им же [из-за ко­торого] (далее…)

Пищевой режим при покаянии – по точному твердому ка­лендарю. «Яжь по вся дни одиною [один раз в день] по­недельник, в среду, в пяток сочиво, а в вторник и в чет­верг и в суботу рыбице (далее…)

Оказывается, вместе с «человеком» постоянно суще­ствуют два «ангела»: «един праведен, а другый злобный». «Сердце» человека подвергается посещениям то одного, то другого. (далее…)

Это «Поучение» относится не позднее как к XIII в. и обращено к тому исповедующемуся, конечно, из господ­ствующего класса, который уже мелькнул перед нами с записью сзоих малейших прегрешений в руках (далее…)

Если бы автором-редактором не только «Слова», а и «Послания» Даниила оказался церковник из княжого окружения, взявший на себя пропаганду монархического принципа (далее…)

Вообразив себя в толпе не столь уже «имовитых» «мужей», собиравших по полугривне с души на покупку монастырской околицы на далекой Рязанщине (далее…)

Ст. 111 даже терминологией своей связана с церков­ным языком. Откуда эти уклоняющиеся от закупниче-ской терминологии слова: хлеб, милость, придаток, дача? (далее…)

Такого милостыника никак не представишь себе ни с «войским», ни со «свойским» конем, и если наш За­точник из «Послания» XIII в. попал бы в это положе­ние, то на этот раз далеко не сразу после катастрофы (далее…)