В 1180 г. черниговский князь Святослав «ловы деял», двигаясь бе­регом по черниговской стороне Днепра, и встретил Ростиславича Давыда за тем же делом, только «в лодьях». У Святослава только что попал в руки суздальского Все­волода сын Глеб, посланный в помощь рязанским князьям, и он охотно «метился бы» Всеволоду, если бы не эти киевские Ростиславичи, «пакостившие» ему в «Русской земле» (т. е. на юге). И вот тут же на охоте Святослав, посоветовавшись с княгиней и с фаворитом своим Кочка-рем, «не поведе сего мужем своим лепшим думы своея» (это тоже не одобрил летописец), переехал Днепр и уда­рил на обоз Давыда, так что тот едва успел прыгнуть в лодью с женой своей и каким-то чудом спасся, хоть в них и пошла стрельба. Зато дружина Давыдова и обоз достались Святославу. А между тем оба, Святослав и Давыд, незадолго перед тем утвердились между собой крест­ным целованием. Отсюда и пошла затем усобица