19 марта доклад Томашова рассматривался в Совете минист­ров. Мемуарные источники о заседании исчерпываются беглой записью участника заседания вел. кн. Константина Николаевича, пометившего в дневнике: «Шло гладко. Я предлагал, чтоб этим не секретничать, а публиковать, но меня не поддержали». За­мечанием «шло гладко» автор, очевидно, хотел сказать, что в ходе заседания не выдвигалось каких-либо предложений о крутых ре­прессивных мерах и что идея о публикации циркуляра была от­клонена, самый же циркуляр, имеющий целью указать земству ограниченность его задачи, был одобрен Советом министров и «высочайше» утвержден. Циркуляр министре! внутренних дел губернаторам от 21 марта 1871 г. констатировал факт отступления земских комиссии от предложенной им программы и «обращения к обсуждению вопро­сов общегосударственного свойства» и предлагал губернаторам во избежание «уклонений от спокойного и правильного» обсуждения дела ввиду нежелательности принятия «крайних мер» .лично разъ­яснять председателям земских собраний и председателям губерн­ских земских управ сугубо практические цели, стоящие перед чрезвычайными земскими собраниями.

Получение сведений о земском съезде явилось для Алек­сандра II, именем которого подкреплялась значимость циркуляра (он был снабжен пометой «по высочайшему повелению»), под­тверждением необходимости стеснить рамки обсуждения зем­скими собраниями податного проекта. На докладе шефа жандар­мов о земском съезде он написал: «Это еще более доказывает необходимость подтверждения, о котором рассуждалось в Совете министров».