Наивно было бы думать, что регламент выпол­нялся на практике во всей строгости и явился действительной сдержкой для аппетитов вирника и сопутство­вавших ему отрока и метельника (мечника). Несколько позднее (в XII в.) составленное положение о сборщике продаж (ст. 74 «Пространной Правды»), сохранив преж­нюю мясную дачу и, правда, снизив норму коней до двух, об «ином корме» постановляло брать его столько, сколько и «что» им «чрево возмет», и, разумеется, умалчивало уже о недельном сроке. На практике княжой сборщик про­изводил свой сбор не «до недели» (т. е. в течение недели), а «дондели же», т. е. пока не соберет все причитающееся (подобно тому как даньщик Ян Вышатич пригрозил белозерцам, что просидит у них и весь год, если они не вы­дадут ему скрывавшихся от его преследования ярослав­ских «волхвов»). Твердым и определяющим в этих рег­ламентах было одно – доля, какая полагалась сборщику с каждой собранной им виры или продажи: с 40 гри­вен- 8 гривен, с 80 гривен-16 гривен, с продажи в 12 гривен -2 гривны 20 кун. Эти 20% и были самым существенным, движущим моментом в работе вирника на месте, потому что это определяло его прямой денеж­ный доход. Отсюда – практика высиживания и менее тонких насильственных способов сбора.