Скинуть с себя зависимость от подобного окружения не так-то просто было новопоставленному попу, не разредив порядком стадо своих приношенцев. Более того, в том же «Поучении» сквозит подозрение, что новопоставленный сам не прочь будет при случае покинуть своих «детей» и перебраться в более привлекательный «предел»:

«.. .к неиже церкви поставлен есй, не оставити ея во всё дни живота твоего, разве [кроме] великые нуже, и то по совету [с согласия] епископа своего, кде тя благословит, а в чюжем пределе не служи, не взем от епископа гра­моты».

Но поп – «священник», и должен он быть для всех «во всем по имени своему, свет миру». Он «соль земли», «врач больных», «вожь слепых», «наставник блудящим», «учитель и светильник», «око телу церковному», «путь и дверник», «ключарь и делатель и строитель», «купец и гостинник», «сторож и пастух», «воевода, судья и властель», «чиститель и жрец», «холм высок», «тайне дом», «столп премудрости», «уста божия, дая мир мирови», «ангел господень, труба небесная», «отец братии своей», «подражатель господень и апостольский подобник». Отсюда уже не только власть, но и сложнейшая обязан­ность руководства личной жизнью человека в ее со­кровеннейших уголках в соответствии с учением церкви. Поп должен иметь ответ на любой предложенный или по­ставленный его пастырской практикой вопрос. Для этого ему необходимо быть в курсе всех мелочей жизни своих «покаялников», и «таинство покаяния», исповедь, яви­лось тут тончайшим зондом в самую малую клетку обще­ства – в семью. Овладей церковь в совершенстве этим орудием – и феодальное общество оказалось бы дейст­вительно крепко в ее руках. По памятникам XI-XII вв. можно уже составить представление о плане и началь­ной стадии этой работы церкви среди господствующего класса русского общества.