В дневнике Константина Николаевича от 25 декабря 1873 г. о разговоре с Шуваловым записано: «Говорили про мою и его по­литическую роль, про наши предубеждения друг против друга, про его отношение к его партии, как он далеко ей не глава, как ему приходится защищать и проводить мнения, которые вовсе по его и которые он по разделяет. Говорили про множество разных частных вопросов. Много говорил он справедливого, но во мно­гом и дикие мысли, которые, однако, я думаю, можно будет по­править. Кончилось тем, что он положительно мне обещал отныне впредь не действовать у меня за спиною, а о всех своих предпо­ложениях со мною совещаться и советоваться. То же он повторил Сельскому, когда вышел от меня. Дай бог, чтобы так было, тогда может выйти у него поворот к добру и к пользе».

Договоренность о согласованных действиях не помешала Шу­валову в начале 1874 г. попытаться «свалить» вел. кн. Констан­тина Николаевича, воспользовавшись совершенной его сыном – вел. кн. Николаем Константиновичем – кражей драгоценных кам­ней с иконы, принадлежавшей его матери. Шеф жандармов не­медленно принял меры для придания делу огласки, надеясь, что эта история скомпрометирует Константина Николаевича и вызо­вет его отставку. Таковы были пути к «однородному» правитель­ству и таковы были методы деятельности министров в условиях самодержавия.