По аналогии со ст. 46 «Пространной Правды», еще раньше установившей двойную ответственность господина за татьбу, совершенную его холопом («двоиче платить ко истцю за обиду»), можно думать, что и здесь «Устав о холопах» застал практику безусловной ответственности господина за мошенничество своего холопа. Теперь ответ­ственность ограничивалась: если потерпевший «ведая бу­дет дал», то сам виноват, «а кун ему лишитися». Это – жесткая мера против определенной и именно той разно­видности ростовщичества, за которой скрывается доверие на денежном рынке к оборотистости легально странствую­щего холопа, выработавшееся, очевидно, на длительный и широкой практике. Здесь перед нами холоп коммерческого уклона – наиболее, вероятно, распространенный тип кан­дидата в категорию «холопов, из холопства выкупив­шихся». В описанном с ним казусе нельзя преуменьшить роль его показаний в исковом разбирательстве на суде, – «ведая» или «не ведая» действовал истец, потерпевший. Устанавливалось это, конечно, не без «холопьи речи».