Валуев, хотя и являлся одним из авторов законопроекта о Со­вете министров, лучше, чем кто-либо другой осознавал, что Совет этот не решает проблемы единства государственного управ­ления. Отвечая в качестве министра внутренних дел за внутрен­нее состояние страны и будучи убежден в необходимости прове­дения системы реформ, Валуев и явился тем человеком, который вновь попытался провести каким-либо окольным путем создание подобия «кабинета», задумав его как некое совещание наиболее влиятельных министров, где они приходят к компромиссному ре­шению. Предложение Валуева было не только значительно меньше того, что в это время выдвигалось умеренными либералами вроде Кошелева, но гораздо скромнее того, что министр внутренних дел считал необходимым осуществить на деле, ибо только что столк­нулся с твердой позицией царя.

Уже 9 февраля 1862 г., т. е. вскоре после конституирования Совета министров и незадолго до объявления о реформе Государ­ственного совета, Валуев во время доклада предложил импера­тору создать совещание из нескольких министров для обсуждения политических проблем. В состав совещания Валуев предлагал ввести В. А. Долгорукова, А. М. Горчакова, В. Н. Панина, главноуправляющего путями сообщения К. В. Чевкина, Д. А. Милю­тина, А. В. Головнина, вел. кн. Константина Николаевича и, есте­ственно, себя. Свое предложение Валуев обосновывал сложностью внутриполитического положения («затруднениями» с дворян­скими собраниями, выдвигавшими политические требования, и «общим раздражением умов») и отсутствием общего взгляда на методы борьбы с общественным движением. Кроме того, он ука­зывал на неудобства работы Совета министров без наличия общей платформы. Это обоснование было сделано им в следующих выра­жениях: «Цель моя… заключается в том, чтобы в Совете Вашей не возникали внезапно разноречивые мнения по предметам сове­щания, заранее известным членам Совета, и чтобы по выходе из Вашего кабинета эти члены говорили одним, а не десятью раз­ными языками».