По одному вопросу всегда существовало но крайней мере два мнения, причем зачастую мне­ния крайние. А. В. Головнин, неоднократно с горечью отмечавший эту рознь между министрами, в это время пишет своему другу: «Если иностранцы воображают себе, что у нас существует за­падноевропейское министерство, т. е. такое учреждение, которого члены, управляя каждый отдельным ведомством и решая по своему усмотрению дола маловажные, сходятся для обсуждения важных дел и отвечают в совокупности за их направленно, то таковые иностранцы крайне ошибаются. У нас министры съезжа­ются по вторникам (имеются в виду заседания Комитета мини­стров,- В. Ч.), чтоб обсудить и решить несколько заграничных отпусков, неважных пенсий, мелких пособий и наград низшими степенями орденов, но важные дела решаются или личными до­кладами, или в особых комитетах, в которых участвуют не все министры, а некоторые в одном, другие – в другом, притом с членами не из министров. Оттого происходит, что гг. министры часто узнают из газет важнейшие правительственные распоря­жения. Таким образом телеграммы из Петербурга, напечатанные в Journal des Débats и Jnd. Belge, сообщили мне о решении на­шего правительства относительно монастырей в Польше и о займе на 100 млн с выигрышами для Южной дороги. Затем я прочел то и другое в русских газетах, которые сообщили и подроб­ности. Я не могу лично жаловаться на недоверие собственно ко мне, ибо многие из моих товарищей находятся в том же положе­нии, по спрашиваю: возможно ли единство в управлении при та­ком порядке и но лучше ли уволить недостойных полного дове­рия и заменить их другими, приглашать всех к обсуждению важ­нейших дел. Еще в предпрошедшем заседании Совета министров государь упрекал нас в недостатке единства».