Старый быт, сверх того, грозил девице и еще двояким образом. «Аще кто умчит [похитит] девку или понасилит» – это предусмотрено «Уставом» Ярослава как пре­ступление только в кругу феодалов: если боярская дочь, «за сором ей 5 гривен золота» (а епископу 5 гривен золота), если меньших бояр – «гривна золота» (а епи­скопу гривна), если «добрых людей – за сором ей 5 гри­вен серебра, а на умычницех по гривне серебра епископу, а князь казнит» (ст. 2). Это предприятие компанейское и представляется вовсе не обрядовым, а с «соромом» со­вершенно реальным. В более широком кругу, но все же не в смердьей среде, одна из редакций «Устава» Ярослава указала для девицы и еще одну волчью яму: «Иже девку кто умолвит к себе [соблазнит замужеством] и даст в то­локу [пустит ее по рукам пособников похищения - пере­житок, может быть, группового брака], на умолници [ва­риант: умычницы] митрополиту гривна серебра, а на то-лочанех [вариант: толочных, т. е. на пособниках] по 60, а князь казнит» (ст. 7). Это – тоже компанейское пред­приятие, только с обманом. И, наконец, совсем обратный случай: «если девка засядет», т. е. останется в безбрачии, но и не уйдет в черницы. Ответственность падает здесь опять на родителей, которые и платят штраф митропо­литу, смотря по своему званию (ст. 6).