Стремление к консультациям неизбежно должно было возник­нуть у многих членов земских комиссий, занимающихся рассмот­рением одного и того же проекта. Прямыми инициаторами созыва съезда земцев были Г. Б. Бланк, бар. П. Л. Корф и «один москов­ский гласный». Их имена называет в своем письме, написанном по горячим следам съезда, Ю. Ф. Самарии, который пишет, что Г. Б. Бланк предлагал председателю Московской губернской управы Д. Л. Наумову взять на себя организацию съезда земцев в Москве, но последний «отклонил на первых же порах всякую в этом деле инициативу со стороны управы или податной комиссии», хотя и согласился участвовать в съезде. Частные приглашения, согласно тому же источнику, были разо­сланы П. Л. Корфом и «одним московским гласным» тем предсе­дателям и членам земских управ, с которыми они были знакомы. Другие источники инициаторов не называют.

Точная дата съезда в этих источниках не фигурирует (Ю. Ф. Самарин 23 марта 1871 г. писал о том, что съезд происходил «на днях»). Однако дата эта известна с достаточной степенью точности: она указана в докладе шефа жандармов П. Л. Шувалова Александру II – 15-17 марта 1871 г. Разные источники называют разное, но в общем близкое число участников съезда. Шувалов в упоминав­шемся докладе – «от 10 до 14 человек председателей земских управ и некоторых других земских деятелей», а всего человек до 25; Ю. Ф. Самарин – 17-20 человек «прибывших»; Б. -II. Чи­черин – «более тридцати человек собравшихся»; Н. Н. Фирсов – «около 30 человек, собиравшихся каждое утро»; П. Л. Корф – «представители 25 губерний в числе 40 человек». Наиболее близ­кими к истине представляются данные Самарина, деятельного участника съезда, указавшего эту цифру по горячим следам. При­мирение цифр делает возможным указание Фирсова на то, что на собраниях земцев присутствовали «интересующиеся» вопросом москвичи. Отсюда и могло возникнуть число в 25-30 человек.