«Заседание Комитета министров при вел. кн. ген.-адмирале (Константине Николаевиче, – В. Ч.),- записано 19 февраля в дневнике Валуева. – Шуваловская идея Комиссии из земских и дворянских представителей для разработки „законопроектов" в виде королларнов моей сельскохозяйственной комиссии. Три часа толков без результата, кроме обнаружения всеобщей раз­ноголосицы, несмотря на то что гр. Шувалов все время говорил „мы", как будто несколько из нас действительно в чем-либо или на что-либо согласились. Как на предварительном совещании у министра внутренних дел 1-го числа, я указывал на бесповорот­ное значение призыва всех вместо нескольких председателей и предводителей. Кн. Горчаков и министр финансов со мною согла­шались. Военный министр по вопросу о найме рабочих пытался призвать их самих к законодательствованию. Председатель предъ­явил заранее написанное им „окончательное мнение". Вел. князь попробовал эскамотировать дворянских предводителей, хотя на бывшем у него предварительном совещании гр. Шуваловым и Тимашевым о том придатке к „земцам" его высочеству было заявлено. Гр. Пален высказался в пользу призыва всех, Абаза – тоже, Грейг – против, Толстой, кн. Урусов и Краббе отмолчались, принц Ольденбургский и ми­нистр финансов были в пользу призыва „экспертов". Одним сло­вом, полнейшая пестрота и неясность предположений, мнений, желании и убеждений. Я ничего не сказал о министре внутрен­них дел. он говорил несколько раз, но из того, что он говорил, решительно нельзя было заключить о том, что он думал. Нако­нец, мы отложили и разъехались».